Шри Чинмой отвечает на вопросы, часть 23

Вернуться к содержанию

Часть I

Вопрос: Как можно выработать, а потом поддерживать бойцовское отношение к преодолению своих слабостей? 1

Шри Чинмой: Существует нечто, называемое слабостью, а противостоит слабости сила. С другой стороны, слабость сама по себе может исполнять роль силы. Если мы не можем победить слабость, что это означает? Это означает, что слабость сама обладает огромной силой. То, что мы называем силой – той силой, которой, как нам кажется, мы обладаем или которой являемся, – не может в это время сравниться с нашей слабостью. Слабость – негативная сила, негативная мощь. В частности, огромной силой обладают витальные проблемы, эмоциональная слабость и ментальная слабость. Но сила слабости – это негативная сила. Позитивная сила – это любовь, божественная любовь. Такая сила любви связана с Бесконечностью. Зачастую наша неспособность победить свои слабости возникает потому, что мы фактически взращиваем их в своей витальной жизни или в своей внутренней жизни. Внешне мы хотим уничтожить все слабости, которые видим в себе, но внутренне, тайно мы наслаждаемся ими в своем витале. Мы относимся к какой-либо слабости то как к врагу, то как к другу. Во внешней жизни наша слабость нас мучает, но во внутренней жизни мы бессознательно, скажем так, неосознанно лелеем эту слабость. Это относится ко всем ищущим людям. А у тех людей, которые неискренни как ищущие, сама слабость становится их силой.

Так вот, как справиться с этой ситуацией? Есть ли средство от наших слабостей? Такое лекарство – противоядие – есть, и это сила нашей любви. Сила любви к кому? Сила любви не к какому-либо человеку, а к нашему Источнику, Богу. Чем сильнее станет наша любовь к Богу, нашему Источнику, тем проще нам будет победить свои слабости.

Всем этим миром управляет Сила. Мы называем ее Космическим Знанием, Космической Мудростью, Космической Силой. Откуда произошла эта Сила? Она произошла из Любви Бога. Любовь Бога сотворила Космическую Силу, и мы, если любим Бога, можем входить в Космическую Силу. С другой стороны, все наши слабости будут существовать вечно, пока в нас не вырастет любовь к Богу.

Мы любим Бога. Кто же может это отрицать? Ведь мы вступили в духовную жизнь. Но весь вопрос заключается в степени. Любим ли мы Бога больше, чем себя, своих друзей или свою неуверенность и другие слабости? Если вы искренни, вам придется признать, что вы, несомненно, любите Бога меньше, чем каких-то людей или какие-то принадлежащие вам вещи. Проводите ли вы ежедневно хотя бы два часа в сутки в мыслях о Боге, молитвах Богу и медитациях о Боге? Нет, нет и нет!

Сесть и молиться, молиться и медитировать, медитировать – это одна сторона нашего устремления. А есть и другая сторона нашего устремления – наше посвященное действие, наше бескорыстное служение. Вы, возможно, переплетаете мои книги три-четыре часа кряду, но сколько минут за это время вы поддерживаете у себя высокое сознание? За четыре часа вы либо со всей тщательностью, либо механически переплетаете так много книг, и я так доволен. Но тут возникает вопрос сознания. Вы должны видеть, есть ли внутри вашего сознания медитация, молитва, добрая воля для человечества. Вот что мы должны чувствовать, выполняя бескорыстное служение.

Один аспект нашего устремления – молиться, молиться и молиться и повторять Имя Бога или мантру. Но если во время молитвы мы поглядываем по сторонам, мы не сможем подняться высоко, выше, выше всего. Далее, другой аспект – это посвящение, и у нас так много возможностей для посвященного служения. Если мы будем радостно и без условий служить божественному в себе, Всевышнему в себе, то мы также совершим самый быстрый прогресс.

Для борьбы с нашими слабостями у нас есть оружие. Мы умеем молиться, но сколько времени мы проводим в молитве? Мы умеем медитировать, но как долго мы медитируем? Еще мы умеем служить, но как долго мы служим? В какие-то дни вы можете поработать восемь, девять или десять часов, а в другие дни, наверное, два часа. Но даже когда вы служите всего лишь два часа, сколько же минут вы пребываете в сознании Бога, а сколько минут – нет?

Есть лишь одна сила, которая может бросить нашим слабостям вызов и победить их, и это сила любви. У этой силы любви есть Источник – Бог. Если мы сделали что-то плохое, мы чувствуем, что у Бога есть возможность и право нас наказать. Тут возникает вопрос: мы любим Бога из боязни, что Он нас накажет? Или мы испытываем сильный страх и огромную печаль, но не потому, что Он ударит нас, когда мы поступим неправильно, а из-за того, что мы можем Его потерять? Страх бывает разный. Один страх говорит, что, поскольку Бог всемогущ, Он нас сильно накажет, если мы поступим неверно.

Другой страх говорит, что, если мы поступим неправильно, Он может лишить нас Своей Любви. Если мы по-настоящему любим кого-то, а этот человек лишит нас своей любви, разве мы не будем чувствовать себя несчастными? Несомненно, мы любим Бога, кто может это отрицать? Но, с другой стороны, сколько минут, сколько часов, сколько дней, сколько недель, сколько месяцев мы поддерживаем свою любовь к Богу?

А как можно поддерживать любовь к Богу? Вы каждое утро должны чувствовать себя прекрасным цветком в Саду-Сердце Бога. А кто же Садовник? Сам Бог. Будучи Творцом, Он Сам создает вас цветком; а с другой стороны, будучи Садовником, Он наслаждается красотой и вдыхает аромат Своего творения. Тогда Он испытывает огромную радость.

Каждый день думайте о себе как о только что распустившемся цветке. Не думайте о вчерашнем цветке. Не думайте о том, что теперь вы потеряли свежесть и увяли, – нет! Каждое утро думайте о себе как о самом прекрасном цветке. Затем вам надо почувствовать, что это не вы создали себя. Вас создал Кто-то другой. А Кто же этот другой? Это ваше высшее «Я» – Бог. Кроме того, кто заботится о вас целый день? О вас заботится Тот же, кто вас создал. И Он же вам говорит: «Не погрязай в прошлом – в дне вчерашнем, позавчерашнем или более давних днях. Если ты завязнешь в прошлом, то не сможешь совершать прогресс. Вчерашний день был свеж по своим возможностям, своей реальности и божественности. Но день сегодняшний вновь должен быть свежим и полным жизненной энергии. Не вноси день вчерашний в сегодняшнюю жизнь и не тащи сегодняшнюю жизнь в жизнь завтрашнюю».

Каждый день мы должны любить Бога как можно больше, и своей любовью мы будем Его раскрывать и проявлять. Решение всех наших проблем заключается в нашей любви к Богу и Любви Бога к нам. Пока мы не будем со всей искренностью любить Бога, мы никогда, никогда не почувствуем Его Любви. Такую уж Бог придумал игру. Сначала нам нужно полюбить Бога. Затем, если мы принесем Богу удовлетворение, Бог принесет удовлетворение нам. А фактически Бог даст нам бесконечно большее удовлетворение.

Любую слабость, которая у нас есть, мы сможем победить только любовью к Богу. Наши слабости могут прийти с целью нас поглотить и задушить; с другой стороны, они могут прийти, чтобы нас любить и баловать. Именно мы сами должны либо подчиниться своим слабостям, либо пойти к Богу, который полон Любви к нам. Можно победить любую слабость, увеличив стремление и силу своей любви к Богу. Слабость живет в нас, потому что наша любовь к Богу не такая крепкая, всеохватывающая, продолжительная. Но если в нашей любви к Богу будут огромное стремление и сила, то не сможет выжить ни одна слабость.

Бог наделил нас самой могучей Силой, и эта самая могучая Сила – Сам Бог. Чем сильнее мы сможем любить Бога, чем больше мы сможем думать о Боге, тем скорее умрут наши слабости. Если нам захочется сразиться со своими слабостями, мы увидим, что не можем этого сделать. Наши слабости, как ракшасы в «Махабхарате», так очаровательны! Мы скажем: «Зачем мне вредить этой милой личности или реальности, которая существует во мне?» Вот почему слабость можно победить, только увеличивая любовь к Богу. Чем сильнее будет наша любовь к Богу, тем скорее наши слабости нас оставят. Так мы можем увеличить скорость своей внутренней жизни и своей внешней жизни, которые должны гармонично сочетаться. Если не будет скорости во внутренней жизни, то не может быть настоящей скорости и в жизни внешней.

Есть лишь один способ победить свои слабости – десятка способов здесь и быть не может. Смотрите сами. Вы можете медитировать или бегать и говорить: «Я делаю это для Бога». Верно, вы все делаете для Бога; но Бог еще поглядит, как долго вам удастся поддерживать пик своей способности, глубину своей способности, своей всепобеждающей способности. К сожалению, этой способности хватает не больше чем на полчаса или час. Так что наша любовь к Богу – единственный способ победить слабости.

К тому же, можно наблюдать, как слабость влияет на жизнь других людей. Скажем, я вор. Возможно, у вас внутри тоже есть такая склонность. Вы можете сказать: «Ох, я работаю не разгибая спины! Начну-ка я лучше красть у богатых и тогда быстро стану мультимиллионером». Но если вы увидите, что я попался, если увидите, как строго меня наказали, вы, возможно, раздумаете. Если вы увидите, как я страдаю, потому что совершил кражу, – люди колотят меня изо всех сил и вымещают на мне всю свою неприязнь, – вы, вероятно, вообще решите не становиться вором.

Когда люди предаются своим слабостям, мы видим, как они губят свою жизнь. Есть такая философия, что мы должны только молиться и медитировать на Бога, а уж Бог позаботится об остальном мире. Но, с другой стороны, можно и осмотреться; мы можем понаблюдать за другими и поучиться на их опыте. Скажем, мне захотелось потрогать огонь, потому что огонь кажется мне таким красивым. Но если я увижу, что кто-то другой сунул руку в огонь и обжегся, зачем же мне поступать так же? Разве Бог мне не показал, что другой обжег пальцы, трогая огонь? Прекрасно видно, что происходит, когда другие позволяют слабостям помыкать собой. Как я говорил раньше, слабость сама по себе не что иное, как сила. Мы всегда их разделяем – мы говорим: это слабость, а это сила. Но слабость сама по себе негативная сила. Нам нужно применять позитивную силу, чтобы одержать победу над своей слабостью, и эта позитивная сила – наша любовь к Богу. Это единственный путь.

Некоторые люди из сердца идут в ум. Потом они хотят на себе изучить все слабости, которые только можно обнаружить в человеческой жизни. Они видели проявления этих слабостей в других, но теперь им хочется испытать эти слабости на себе; они хотят получить личный опыт. Зачем мне нужен личный опыт переживания слабости? Если я знаю, что мои отец с матерью умерли, то не настолько же я глуп, чтобы думать, что я буду бессмертным? О нет – рано или поздно мое время придет. Далее, возникает вопрос: молился ли мой отец и медитировал ли? Молилась ли и медитировала ли моя мать? Был ли у них покой ума? Чувствовали ли они любовь в своей внутренней жизни? Большинство людей тут же ответят «нет». Тогда мне должно достать благоразумия сказать: «Они не молились и не медитировали. А я буду, буду это делать!» И я буду мудро использовать свое время.

Нет ни единой слабости, с которой нельзя было бы справиться. Нам может показаться, что все слабости так привлекательны, и мы скажем: «Как же мне выбросить из своей жизни эту слабость и ту слабость?» Но мы можем это сделать, если увидим, что слабость разрушает нашу внутреннюю радость, нашу божественность, нашу способность видеть свет. Но если мы трепетно относимся к своей слабости, то это совсем другая история.

Откуда и куда может скатиться человек! И все из-за невежества. Когда ищущий злоупотребляет божественным состраданием, слабость становится его силой. Как больно видеть падение человека! У меня разрывается сердце, когда я вижу, сколько невежества может лелеять в своей жизни человек. Иногда я это терплю – всегда с надеждой на то, что человек изменится, потому что надежда – мое врожденное качество. Жива надежда, и живо ожидание. Ожидание всегда находится в уме и в витале, а надежда – в сердце. Надежда – это божественный путь. Надежда говорит: «Мой ученик не может быть настолько плохим!» Но Бог говорит: «Нет, твой ученик может быть настолько плохим. Ты даже не представляешь, до чего он способен докатиться!» И все это результат сознательного и намеренного взращивания человеком своих слабостей.

Состраданием злоупотребляет абсолютно каждый человек. Некоторые люди злоупотребляют состраданием с первого дня своего вступления в духовную жизнь. Другие правильно пользуются состраданием лет пять, десять, пятнадцать, а потом начинают им злоупотреблять. Когда мы видим слабость в других, мы должны вести себя осторожнее, потому что она есть и в нас тоже. У нас имеется та же слабость, но те люди не захотели ее преодолеть. От нас зависит, сдадимся ли мы, как и они, на милость этой слабости или справимся с ней. Если мы будем мудрыми, то справимся со всеми своими слабостями.

Я всегда рассуждаю так: когда я стану хорошим человеком, на земле будет одним негодяем меньше. Если один человек добьется совершенства, на земле будет на одного несовершенного человека меньше. Кто сможет мне помешать дорожить своей внутренней силой и хотеть избавиться от всех слабостей? Скажем, одна комната погружена во мрак, потому что там нет электричества, а в другой комнате есть свет. Я могу пойти в ту комнату, где есть свет. Кто мне не дает? Кто просит меня не ходить туда?

С другой стороны, когда я приведу электрика в темную комнату, то спустя несколько минут в этой комнате вспыхнет свет. Даже если я войду в темноту и начну взывать, взывать и взывать о том, чтобы туда проник свет, то, когда свет действительно вспыхнет, вся тьма рассеется. Разве не глупо будет с моей стороны, вместо того чтобы идти к свету, отправиться во тьму и молить Бога: «Спаси меня, спаси меня»? Разве не абсурдно отправляться в ад и просить: «Боже, забери меня на Небеса, забери меня на Небеса»? Зачем же мне намеренно отправляться в ад, а потом умолять Бога взять меня на Небеса?

Мне надо подняться на Небеса и сказать: «Боже, Ты привел меня сюда. Теперь я молю Тебя: пожалуйста, оставь меня здесь, оставь меня здесь, или отправь меня в более высокий мир, в более прекрасный мир, в более просветляющий мир». Но мы же так не поступаем. Мы погружаемся во тьму, а потом полностью забываем Бога. Мы забываем, что есть Тот, кто может нам помочь и сразу же нас спасти. Мы совершенно заблудились во тьме. Тогда Бог для нас перестает существовать, и мы тонем.

Так что давайте всегда осматриваться по сторонам и задавать вопрос: «До чего он докатился? До чего она дошла? Хочется ли мне быть похожим на такого человека?» Он, несомненно, потакал своей слабости, и она обрела огромную силу. Эта огромная сила вырвала этого человека из духовной жизни, из его подлинного существования, из его собственного настоящего дома.

Вам нужно применить свою железную силу воли. В прошлой инкарнации вы были весьма высокопоставленным военным офицером. Вы можете быть боевым в самом положительном смысле.

Просто обратите взгляд внутрь. Есть у вас эта железная сила воли или нет? Если вы взглянете, вы тут же скажете: «О, вот она, вот она!» Почему лев должен постоянно спать? Ваше имя означает «солнце». Почему что-то вечно должно затмевать солнце? Почему солнце должно всегда позволять тучам закрывать себя? Нет, нет и нет! Скажите себе: «Я солнце. Если меня закроет туча, я пробьюсь и развею тучу!»

Нужно знать наверняка: вы хотите слабости или силы? Спросите себя сотни раз, чего вы хотите – слабости или силы. И сто раз из ста вы должны ответить: «Я хочу силы, я хочу силы, я хочу силы!» Тогда вы увидите, что вы ни разу не проголосовали за слабость.

Однако, чтобы в жизни победить в чем-то, необходимо укреплять любовь к Реальному в себе.

Реальное в нас – это Бог. Если наш ум не сконцентрирован на Боге, если он не для Бога, то в нашей жизни всегда будет крепнуть слабость. Она начнет крепнуть и в конечном счете нас погубит. С самого начала нужно следить за слабостью и силой, и мы должны увидеть, что слабость – это тоже вид силы. Но если одна сила – это могущество льва или слона, а другая – могущество быка или коровы, то не настолько же мы глупы, чтобы отправиться к быку или корове? Всегда надо идти к самому сильному. У одного участника конкурса на титул «Мистер Вселенная» будут мощные и симметрично развитые мускулы. У кого-нибудь другого, возможно, будут стальные мускулы, но его физическое тело будет не столь красиво развито и не так эффектно, как физическое тело самого впечатляющего участника. Если мы посмотрим на всех культуристов, мы увидим, что некоторые действительно уступают чемпиону. Если меня интересует сила, а я буду судьей, разве я не поставлю высший балл тому, у кого мускулы развиты сильнее?

Существует свет, и существует бесконечный Свет. Скажем так: внутри слабости тоже есть свет. Внутри всего, что сотворено Богом, даже внутри тьмы, есть свет. Но если я вижу мрачное небо, а рядом с ним сияющее солнце, разве не к солнцу я направлюсь? Разве пойду я к меньшему свету? Если я мудр, я всегда буду направляться в ту сторону, которая светлая, более светлая, самая светлая. Я не пойду в ту сторону, где больше мрака. Зачем мне туда идти? Если я пойду к мраку, я пропаду. Я сам должен выяснить, в какой стороне больше красоты и силы.

Может случиться, что другая сторона будет делать вид, что это она прекраснее всего, но мне подскажет мое сердце, какая сторона реальна, какая сторона бесконечно сильнее и прекраснее. Я всегда буду избирать реальную силу, и эта реальная сила – постоянная, неусыпная и трепетная любовь к Богу.

Между нашей любовью к какому-либо человеку и любовью другого человека к нам всегда существует борьба. Это вопрос того, чего мы хотим. Возможно, кто-то выберет вас, но этот человек может оказаться негативной силой. Невежество страстно желает нас заполучить, но нужно ли нам поддаваться невежеству? Нет! Благодаря своей мудрости мы хотим Бога, только Бога; мы хотим Света, только Света. Если мы сможем укрепить свою любовь к Богу, то силу невежества, которая на нас нападает, можно легко преодолеть.

Невежество старается нас захватить, но мы убегаем изо всех сил. Мы мчимся к своей цели. Цель силы-невежества – поймать нас, но, прежде чем оно нас поймает, мы умчимся к цели. Мы бежим так быстро, что невежество не может нас догнать. Если мы прибавим скорость, как оно сможет на нас напасть? Мы умчимся к своей собственной цели прежде, чем оно сумеет это сделать.


SCA 788. Шри Чинмой ответил на этот вопрос в феврале 2000 года в Нью-Йорке.

Вопрос: Как нам обрести в своей жизни больше новизны?2

Шри Чинмой: Солнце восходит ежедневно. Каждое утро можно смотреть на солнце, если повезет с погодой. Хотя встает все то же самое солнце, мы всякий раз видим внутри солнца новую красоту. Наш ум говорит, что и вчера, и позавчера мы видели точно такое же солнце. Но, когда то же самое солнце видит сердце, возникает огромная радость, огромный трепет, огромный экстаз.

Надо все видеть и чувствовать сердцем, а не умом. Ум нам скажет: «Я уже видел солнце, я смотрю на него так много лет. В нем нет ничего необычного». Но, когда на то же самое солнце смотрит сердце, оно испытывает трепет и видит нечто необыкновенное. Этот трепет сам по себе создает что- то новое, и эта новизна вызывает к жизни что-то особенное.

Взрослый человек, ежедневно бывающий в саду, глядя на цветы, скажет: «Они все те же, что и вчера». Когда в саду оказывается четырех-пятилетний ребенок, он видит те же самые цветы, что и взрослый, но у него совершенно другое переживание: чистая радость. Он бегает в сад каждый день, но на цветы смотрит не его ум, а его сердце. Когда сердце видит цветок, он для него нов. Цветы, которые мы видим изо дня в день, для нас одни и те же, и нам достаточно увидеть их лишь раз. Уже на второй день все кажется таким старым. Но для ребенка все полно новизны каждый раз, когда он приходит в сад.

Вы ежедневно делаете столько дел. Вы ходите на работу в магазин здоровой пищи, вы тренируетесь. Если подходить ко всему умом, все становится монотонным. Вы скажете: «Я делаю это вот уже десять дней, десять месяцев, десять лет». Но если подходить ко всему своим чисто детским сердцем, все будет новым, новым, новым.

Что касается меня, то, если я буду думать о том, чтобы поднять 900 фунтов, я тут же воскликну: «О Боже!» И это вовсе не из-за страха, а потому что поднимать тяжести скучно – и это подходящее слово. Я каждый день пытаюсь поднимать такие тяжелые веса! Разве мало мне своих проблем, проблем с учениками, с миром? Ну вот зачем мне идти и становиться под эти 900-фунтовые гантели? Ум тут же оказывает самое мощное противодействие. Он заявляет: «У тебя нет других дел? Иди молись, иди медитируй! Займись чем-нибудь для совершенствования мира!» Вот как ведет себя ум.

Но, если я думаю о Всевышнем, о моем Возлюбленном, Он говорит: «Я хочу, чтобы утром ты делал именно это для проявления Моего Света в мире». Такое послание я получаю, когда пребываю в сердце, и мое сердце воспринимает его. Сегодня четвертый день как я поднял 900 фунтов. Когда главенствует ум, ему все надоедает уже на второй день; он не хочет поднимать тяжести. Но сегодня, обратившись к своему детскому сердцу, я выполнил шесть поднятий. Приступая к делу с детским сердцем, я чувствую, будто совершаю все впервые.

Я даю молитвы изо дня в день. Вы, возможно, скажете, что это все разные молитвы, так что в них есть новизна. Но если я подойду к этому умом, то он воскликнет: «Это такая глупость! Зачем давать молитвы каждый день? Кто их слушает? Кто повторяет твои молитвы? Да разве ты сам повторяешь свои молитвы?» Ум лишает меня энтузиазма и не велит мне продолжать, потому что я даю похожие молитвы ежедневно. Но сердце возразит: «Нет! Все это совсем новое. Это совсем новая жизнь, новая жизнь, новая жизнь».

Когда я поднимаю 900 фунтов, когда кручу педали велотренажера, когда делаю все что угодно, то, с точки зрения ума, все это однообразно. Потом ум может позволить себе заявить, что это смешно. Он скажет: «Я что, настолько тупой, чтобы поднимать тяжести? Настолько глупый, чтобы зря тратить время на этот бессознательный металл?» Но сердце получает так много радости, потому что оно слушает Бога, а Бог велит: «Делай это, делай это, делай!»

Вы каждую неделю приходите в школу №86 на медитацию. Ум говорит: «О Боже мой, это обязательно, обязательно!» Ум терпеть не может подобных вещей. Ум негодует: «Гуру больше нечем заняться? Он сделал эту вечернюю встречу обязательной. Я мог бы сходить в кино или посмотреть телевизор». Но сердце обрадуется: «Сегодня, спустя неделю, мы снова сможем встретиться с Гуру. Сегодня он будет медитировать. Сегодня он сможет наполнить все мое существо своим светом, своей радостью, своими благословениями». Сердце и ум видят одну и ту же реальность, но сердце дает нам одно послание, а ум – другое. Уму кажется однообразной вся жизнь. Для ума все дни абсолютно одинаковы. Нет новизны, нет новой жизни. Но когда мы ко всему подходим сердцем, нам все в новинку. Если ко всему подходить сердцем, мы увидим, что внутри сердца всегда есть новизна, а внутри новизны – полнота. Хотя ум считает, что все старо от века, сердце возразит: «Нет, все вечно ново». Когда мы произносим слова «вечно новый», то эта новизна находится в сердце. Если все, что я делаю, я делаю от сердца, то все будет полностью новым. Если я подхожу умом, нового ничего нет. Скажем, я играю на скрипке. Каждый день я репетирую пятьдесят песен. Ум ужаснется: «Ох, мне надо сыграть пятьдесят песен!» Но когда я подхожу к делу сердцем, пятьдесят песен пролетают в мгновение ока. Я даже готов разучить еще несколько.

Сердце находит радость каждый день, хотя внешне оно делает одно и то же. Вы в своей жизни изо дня в день делаете одно и то же, но сердце вам подсказывает, что существует новая радость, новая радость, новая радость. Каждый день в магазин здорового питания приходят покупатели. Ум ехидничает: «А, вот еще один идиот пожаловал! Все время одно и то же». Но когда вы подходите к делу сердцем, то каждый раз, глядя на свои витамины, бутылочки и баночки, вы будете испытывать новую радость. Вам захочется посмотреть, нет ли новых надписей на бутылочках, или вы заметите что-то такое, чего не видели никогда прежде. Сердце жаждет увидеть новизну в том, что было у него перед глазами многие годы. Но ум не хочет новизны. Он находит себе пищу на день, а потом погибает от голода, потому что ему кажется, что все старо, старо, старо. Но сердце каждый день говорит: «Может быть, здесь есть что-то еще, что-нибудь новенькое». Сердце всегда ищет новизну, а ум ничего не ищет.

Ум всегда ворчит и брюзжит. Нет вора хуже, чем ум. Вы очень счастливы, потому что сегодня день вашего рождения. Ваш ум скажет: «О, сегодня Гуру так добр ко мне, потому что у меня день рождения, но завтра Гуру будет не до меня. Он ни за что не будет ко мне внимателен. Любит ли он меня вообще?» Вот так завтрашний день всегда проникает к нам в ум и разрушает сегодняшнюю радость. Сегодня вы получаете от меня радость. Я пригласил ваших друзей, я делаю и то, и другое, чтобы доставить вам радость. Но ум вечно берет и отнимает половину сегодняшней радости или даже больше. Почему? Потому что завтра у вас, возможно, уже не будет такой же радости. Как смешно! До чего же проказлива природа у ума! Ум моментально тащит будущее в настоящее. Он приносит послание о том, что завтра вы не получите от Учителя или от своих друзей такой же радости, такого же удовлетворения, такой же любви, такого же восхищения.

В этот момент вам надо сказать: «Я не думаю о завтрашнем дне; мне достаточно дня сегодняшнего. Пусть завтрашний день наступит своим чередом. Сегодня я так счастлив! Гуру отмечает мой день рождения, и он дарит мне так много радости». Пребывайте в дне сегодняшнем – здесь и сейчас. Если думать о завтрашнем дне, ум будет поучать: «Когда наступит завтра, начнется совершенно другая история». И эта «совершенно другая история», как вор, тут же заберет половину сегодняшней радости.

Если вы совершаете что-то замечательное, вы бываете так счастливы. Но затем потихонечку, как жулик, прокрадывается глупый ум. Скажем, сегодня вы стали чемпионом мира, и вы очень счастливы.

Но ближе к вечеру вы думаете: «Завтра, наверное, рекорд у меня отберет другой парень». Вот так день завтрашний проникает в сегодняшний. Вечно ум всевозможными путями отбирает у нас радость. Сердце предлагает: «Давай радоваться сегодня. Пусть завтра наступит завтра». Но ум приглашает завтра в день сегодняшний и отбирает у нас радость. Ум говорит: «Сегодня я поднял большой вес, но завтра я, возможно, не смогу его поднять». Сердце же чувствует, что, раз я поднял вес сегодня, то я и должен радоваться сегодня. Но ум твердит: «Я просто хвастаюсь! В этом мире столько людей, которые бесконечно сильнее меня. Они запросто сделают то же, что и я». Так вот, зачем нам думать о людях, которые живут в Африке, в Болгарии или где-то еще? Зачем нам представлять себе, что они бесконечно сильнее нас, что они с легкостью превзойдут то, что сделали мы, просто у них нет возможности?

Вот так ум забирает радость, которую мы получили от своих сегодняшних достижений! Но сердце не думает о завтрашнем дне. Сердце чувствует только, что оно кое-чего достигло, и поэтому оно так счастливо и так благодарно Богу. Сердце благодарно Богу, потому что Бог наградил нас умением что-то делать. Сегодня Бог наделил меня даром поднять большой вес, поэтому я благодарен. Это между Богом и мной. Я так благодарен за то, что Он дал мне способности, и так счастлив, что Он сделал меня счастливым. Вот так мы должны не позволять уму лишать нас радости, и вот так мы можем всегда добиваться новизны. Радость сердца неизменно воплощает новизну. В любое время, когда мы счастливы, появляется новизна. Когда мы несчастны, нам конец! Мы тащим ощущение того, что мы несчастны, и двадцать, и тридцать лет. В то мгновение, когда мы действительно счастливы, сердце берет и сохраняет наше счастье. Но ум думает, что завтра мы снова будем несчастны. Вот как ум крадет сегодняшнее счастье.

Не позволяйте уму играть роль вора. Если вы будете жить сердцем, вы увидите, что радость- новизна существует всегда. Ребенок испытывает радость, сколько бы раз он ни забегал в сад. Для него все – это радость, радость, радость. Когда наш песик Чела бегает туда-сюда, у него нет мыслей. Он испытывает такую радость! Если бы он думал: «Мне каждый день приходится бегать по этому пути», то он бы никуда не побежал. Он бы и думать о беге позабыл! Нам надо обрести такую же спонтанную радость, как у Челы, а эту спонтанную радость мы испытываем только тогда, когда находимся в сердце. Нам нужно быть по-детски непосредственными, но не инфантильными. Когда взрослый ведет себя по-ребячески, он делает глупости. Но детское сердце расцветает, как цветок, и цветет пышным цветом.

Постоянно должна присутствовать новизна. Ум каждый день может придумывать способы лишать нас радости. Нам вечно приходится с ним сражаться. Если мы хотим совершить что-то трудное, ум скажет: «О Боже мой! Два дня у меня все получалось, и я так радовался, но не думаю, что смогу сделать это сегодня». И тогда, если придут печаль и разочарование, мы тут же должны бросить уму вызов своей мудростью. Нам следует ответить: «Ну и что, если у меня не получится? Ведь в мою цель не входит, скажем, поднятие какого-то определенного веса. Моя цель заключается только в регулярности». Бог просит меня что-то сделать. Он не приказывает мне добиться успеха; Он лишь требует: «Ты должен делать это регулярно». Он говорит: «Делай, делай это!» и просит меня только слушаться Его.

Когда я прошу вас что-то сделать, вы должны делать это от всего сердца. Я же никогда не говорю: «Если вы не сможете этого сделать, я выброшу вас из моей лодки». Я говорю: «Погружайтесь в этот проект всем сердцем и душой». Но вы придумываете себе веру в то, что если вы не сможете этого сделать, то я буду недоволен. Я никогда не буду недоволен человеком, не добившимся успеха. Я смотрю лишь на искренность, готовность, стремление и рвение этого человека. Я никогда не стану никого винить за внешнюю неудачу. Но внутренняя неудача – когда отсутствует готовность, стремление, рвение – действительно мне докучает. Иногда я вижу, как ученики трудятся со всем усердием. Тогда Бог решает, даровать ли им успех или неудачу. Если мы, со своей стороны, трудимся со всей готовностью, искренностью, стремлением и рвением, то кто же нас осудит, если мы не добьемся успеха? Разве осудит нас Бог? Никогда!

Всегда подходите к делу сердцем. Сердце всегда несет новизну, а вот ум – устарелость. Для ума новизны нет. На второй день ум теряет весь свой энтузиазм, потому что считает, что все слишком старо, слишком старо, слишком старо. Но для сердца каждый день нов, как солнце.

Как я сказал раньше, когда восходит солнце, ум не потрудится взглянуть на солнце, поскольку считает, что оно все такое же, как и раньше. Уму все равно, появляется ли солнце из воды или из-за туч. Но сердце ждет восхода солнца. Сердце вопрошает: «Когда же оно взойдет? Когда оно взойдет? Когда взойдет?» Рвение сердца всегда видит во всем новизну. Если мы сердцем слушаемся Бога, радуем Бога, то все будет новым. Хотя внешне мы делаем и видим каждый день одно и то же, сердце постоянно испытывает новую радость, новую радость, новую радость.


SCA 789. Шри Чинмой ответил на этот вопрос 14 февраля 2000 года в Нью-Йорке.

Часть II

SCA 790-798. 25 ноября 1999 года в ресторане «Аннам Брама» на Джамейке в Квинсе, Нью-Йорк, Шри Чинмой встретился с госпожой Шаши Трипати, генеральным консулом Индии в Нью-Йорк Сити. Далее следуют некоторые отрывки из их беседы.

Г-жа Трипати: Что именно привело вас на духовный путь?

Шри Чинмой: Мои родители были религиозны. Мой старший брат стал учеником Шри Ауробиндо, и само имя Шри Ауробиндо приносило всем нам безграничную радость. Мне был год и три месяца, когда я впервые попал в ашрам Шри Ауробиндо. Затем я посещал ашрам, когда мне было четыре года, семь лет и одиннадцать лет. В 1944 году я стал постоянным членом ашрама Шри Ауробиндо.

Я несколько лет учился в школе ашрама. В то время там не давали ни степени, ни диплома. Мы учились ради знаний. Во мне также жил сильный интерес к литературе, и в возрасте двенадцати- тринадцати лет я начал писать стихи. Я основательно изучил нашу бенгальскую литературу, а потом – английскую литературу, философию и так далее.

Я провел в ашраме двадцать лет, работал там в различных сферах, например, выполнял работу электрика и занимался разным надомным производством. Мне больше всего нравилась такая моя работа, как мытье посуды, потому что для нее не нужно было работать головой.

Около восьми лет я был секретарем главного секретаря ашрама Шри Ауробиндо. На первом месте был Шри Ауробиндо, затем шла Мать, потом Нолини Канта Гупта. Он был третьим по рангу. Тагор глубоко восхищался им как писателем. Он был великим ученым, мудрецом. Он что-то заметил во мне и пожелал, чтобы я стал у него секретарем. Моя работа заключалась в том, чтобы переводить его произведения с бенгальского на английский. Все они были посвящены индийской и мировой литературе.

Я также работал у главного управляющего и служил некоторым другим выдающимся писателям. Кроме того, я в различных направлениях служил Матери ашрама Шри Ауробиндо, которая известна как Божественная Мать.

В 1962 году ашрам посетил один из учеников Шри Ауробиндо из Нью-Йорка. Он тоже увидел во мне нечто неординарное, захотел, чтобы я приехал в Америку, и оплатил мои расходы. В 1964 году началась моя новая жизнь здесь.

Когда я приехал в Америку, я больше не мог оставаться учеником или ищущим, как прежде. Некоторые ищущие в Америке увидели во мне что-то особенное и попросили меня оказывать им духовную помощь. Конечно, в определенном смысле, я всегда буду ищущим. Все люди, даже Учителя высочайшего уровня, должны чувствовать, что они ищущие, потому что все мы расширяем границы своих возможностей. Даже Высочайшее расширяет границы Своих бесконечных Возможностей.

В тот период у меня были трудности с визой, и я начал работать в индийском консульстве. Теперь генеральный консул – вы. Я был младшим служащим, а мой дорогой друг г-н Рамамурти – старшим служащим. Так что все мы плывем в одной лодке, рядом. Мы с г-ном Рамамурти были очень близкими друзьями; мы и сейчас поддерживаем старую дружбу и будем делать это до конца жизни. Вот вкратце моя жизнь. Если у вас есть какие-либо конкретные вопросы, я буду очень рад и с благодарностью дам на них ответ.

Г-жа Трипати: Как вы упомянули, все мы являемся ищущими тем или иным образом, на свой собственный манер. Но как человеку понять, совершает ли он какой-либо духовный прогресс?

Шри Чинмой: Это так просто. Все мы сознаем то, что нас ограничивает: зависть, неуверенность, непонимание, нечистота и так далее. Эти трудности, или, можно сказать, недостатки, ежедневно лишают покоя наш ум и преследуют нас. Мы должны знать, сколько раз мы за сегодняшний день чувствовали сомнение в других людях, сколько раз подозревали других, сколько у нас сегодня было в уме чистоты и как мы старались сегодня послужить человечеству. Затем давайте сравним день сегодняшний с вчерашним или сегодняшний день с тем, что было несколько месяцев или несколько лет тому назад, – какими мы были и какие мы сейчас.

Возьмем, например, сомнение. Если мы испытываем сомнение в других, то проигравшей стороной становимся мы сами, а если мы сомневаемся в себе, то совершаем огромную ошибку. Если мы сомневаемся в других, мы никак им не помогаем. К тому же, мы никак не понизим уровень их внутренней или их внешней жизни. Они ничего не потеряют от нашего опыта-сомнения или вторжения-сомнения. Мы лишь понижаем собственное сознание.

А когда мы сомневаемся в себе, это конец нашей духовной жизни. Бог внутри нас растет и сияет каждое мгновение. Он ежедневно проявляется в нас как вечно цветущая Мечта, или, можно сказать, «Видение». Если мы сомневаемся в своих возможностях, это значит, что мы умаляем Мечту Бога, которая старается расцвести в нас и через нас. Если мы сомневаемся в себе, значит, мы видим свет лишь своим ограниченным, совершенно ограниченным видением, а не всеведущим Светом Бога.

Вернемся к вашему вопросу. Как узнать, совершаем ли мы прогресс? Нам ведь известно, насколько мы счастливы. Если мы будем в ком-то сомневаться, или вынашивать в себе нечистые мысли и идеи, или барахтаться в удовольствиях невежества, мы счастья не ощутим. Счастье приходит в то мгновение, когда мы жертвуем собой ради благого дела. С другой стороны, согласно высшей философии, такой вещи, как жертва, нет. Когда вы делаете что-то для своих детей, это не жертва. Когда ваши дети приходят к вам, чтобы получить от вас нежность, любовь, заботу, доброту и ласку, это не жертва. Это взаимная связь – ваша любовь к ним и их любовь к вам. В мире любви нет такой вещи, как жертва. Но когда любви нет, то, что бы я ни сделал для вас, все будет жертвой, и жертвой будет также все, что бы вы ни сделали для меня.

Так что мы можем совершить прогресс при условии, что захотим победить свою ограниченность.

Мы пришли в мир, чтобы расширять свое сознание, расширять божественность, которой мы обладаем или которую воплощаем.

Г-жа Трипати: Тогда значит ли это, что стать более совершенным человеком равнозначно духовному прогрессу?

Шри Чинмой: Все должно происходить одновременно. Это подобно лицевой и оборотной сторонам одной монеты. Духовность означает внутренний прогресс и внешний прогресс или, можно сказать, внутренний прогресс и внешний успех. Когда внешний успех базируется на внутреннем прогрессе, только тогда он не понизит нашего сознания. Иначе гордыня и высокомерие, несомненно, уведут нас в неверном направлении. Но, если глубоко внутри нас живет духовность, мы почувствуем, что совершаем нечто для проявления Света Бога в нас и через нас. Тогда наше внешнее проявление – наше бескорыстное служение человечеству – не уклонится от верного направления, потому что в основе его лежит духовность. Духовность и внешняя жизнь со всей ее разнообразной деятельностью должны идти рука об руку. Их нельзя разделять. Разделяя их, мы обанкротимся и во внутреннем мире, и во внешнем. Было время, когда индийские садху, свами, святые и духовные личности хотели жить в пещерах Гималаев, чтобы молиться и медитировать. Но те дни прошли. Если мы хотим принимать Бога-Творца, то нам нужно также принимать и Бога-творение. Духовные люди седого прошлого хотели принимать только Бога-Творца, но не Бога-творение. Они говорили: «Давайте поднимемся на вершину Гималаев и останемся там».

Но Бог говорит: «Если вы действительно Меня любите, то вам нужно спуститься вниз ради бедного человечества, ради тех людей, которые находятся у подножия горы, и послужить им своим светом, своим восторгом, своим покоем – всем, чего вы достигли. Если вы хотите подниматься, то Я для того и существую, чтобы давать вам свет и блаженство, но Я хочу, чтобы вы делились ими с человечеством».

Так что теперь наша философия заключается в принятии жизни, а не в отказе от нее. Если сегодня мы откажемся от своего тела, если не будем уделять ему внимания, то завтра мы откажемся от витала, послезавтра – от ума, а на следующий день и от сердца. Что же тогда у нас останется? Ничего. Но когда мы принимаем жизнь, если в нашем теле что-то разладится, мы постараемся это исправить. Будь что-то неладно с нашим виталом или умом, возникни в нас зависть, неуверенность или другие препятствия, мы попытаемся все это преодолеть. Вот так мы будем совершенствовать себя. Только тогда мы сможем стать избранными инструментами Бога – путем не отрицания, а принятия мира таким, каков он есть, и последующего его преобразования.

Г-жа Трипати: Творческое выражение себя – это ведь тоже форма бхакти, как вы думаете? Вы сами художник в широком смысле. Это тоже форма бхакти, не правда ли?

Шри Чинмой: Несомненно! Бхакти означает преданность. Истинный творец все предлагает Богу как часть своей преданности. Он молится Богу не о чем-то конкретном, то есть, не о том, чтобы стать хорошим поэтом, или прекрасным певцом, или великим спортсменом. Если он настоящий ищущий, он молится Богу так: «Пожалуйста, сделай меня Своим избранным инструментом. Если захочешь, вырази Себя во мне и через меня как писатель, как певец или как художник». Он подчиняет свою жизнь-желание Богу и принимает Волю Бога своей жизнью-устремлением.

В жизни желания мы идем от стремления иметь один дом к желанию владеть двумя, тремя, четырьмя домами, от намерения приобрести одну машину к жажде иметь две. Это лишь рост материального богатства. Но в жизни устремления мы говорим Богу: «Пожалуйста, дай мне то, что мне нужно. Я не хочу никакого выбора. Если Ты хочешь, чтобы у меня был один дом или одна машина, потому что Ты считаешь, что в этом есть высшая необходимость, то Ты можешь дать это мне. Но если Ты чувствуешь, что в этом нет никакой необходимости, то не давай мне этого». Жизнь устремления – это жизнь отречения перед Богом. Жизнь устремления говорит Богу: «Пожалуйста, используй меня так, как Ты пожелаешь». Жизнь желания говорит Богу: «Я хочу стать счастливой по- своему. Если Ты дашь мне материальное богатство, я буду счастлива».

Но, чем больше материального богатства мы обретаем, тем быстрее связываем себя. А вот если мы получим хоть каплю света, покоя или блаженства Свыше или изнутри, то мы вольемся в сияние безбрежного океана света. Так что желание связывает, а устремление освобождает.

Все, что Он дает мне, я тут же предлагаю Ему в ответ.4

Мы отрекаемся перед Волей Бога. Я никогда и не мечтал стать художником. В моей семье такого не было заведено. У нас все были людьми, ищущими истину и любящими Бога. Вот поэзией в нашей семье занимались. Все у нас писали стихи. Пением в нашей семье тоже занимались, хотя и не в большой степени. Художником не был никто, и никто не пошел по спортивной линии, но Бог захотел, чтобы я был художником и спортсменом.

Поднятие тяжестей было совершенно чуждо моей природе, абсолютно! Я был лучшим спортсменом в ашраме, чемпионом по десятиборью и тому подобное. В те дни существовала теория, что если чрезмерно развивать мускулы, то не сможешь быстро бегать. Теперь эта теория полностью изменилась. Сейчас у спринтеров очень объемные мускулы, и они бегают так быстро! Они побили все мировые рекорды.

В ашраме был хорошо оборудованный спортивный зал, но за двадцать лет я ходил туда только дважды. Я несколько раз поднял всего-то двадцать фунтов. Я был чемпионом по метанию ядра и диска, но только благодаря природной силе. Я не поднимал тяжестей. Я просто говорю о том, как нас изменяет Бог. Теперь я поднимаю сотни и тысячи фунтов. Четырнадцать лет тому назад я отправился покупать семидесятифунтовую гантель и не смог даже приподнять ее на пару дюймов, чтобы положить на весы и проверить, соответствует вес или нет. Владелец магазина похлопал меня по спине и сказал: «Стоп, стоп! Я смотрю, вы собираетесь стать тяжелоатлетом!»

Я ему сказал: «Однажды я подниму сто фунтов над головой и подарю вам торт». Он надо мной посмеялся. Потом, через четыре или пять месяцев, я действительно поднял сто фунтов и все-таки подарил ему торт.

После этого мы стали такими добрыми друзьями. Он повесил у себя в магазине много моих фотографий, где я поднимаю тяжести. Иногда он считал, что мне не стоит покупать какой-то товар из его магазина, приговаривая: «Это хлам». Я приходил туда за покупками, но он был мне таким близким другом, что предупреждал: «В поднятии тяжестей это вам не поможет». Таков Марк Лури, сын Дэна Лури. Его отец на днях приезжал ко мне на празднование годовщины поднятия тяжестей. Как меняется жизнь! Когда я писал и переводил стихи в Индии, я испытывал сильное желание: «Как бы я хотел написать на английском языке двести книг!» Что за желание! Когда мы принимаем духовную жизнь, Бог иногда смеется над нашими молитвами. Я думал, что, написав двести книг, я буду что-то собой представлять. Теперь на моем счету 1300 книг.*

Поверьте мне – я говорю вам со всей искренностью, – хотя я и написал 1300 книг, я испытывал такую радость в то время, когда хотел написать двести книг! Если глубоко изнутри приходит вдохновение, это величайшая радость. Прежде моей целью было похвастаться тем, что я могу поднять 100 фунтов. Теперь это желание пропало. Теперь моя цель – 1000 фунтов.

Мы связываем себя умом, когда говорим: «Я не могу этого сделать, я не могу этого сделать». Бог смеется над нами. Он говорит: «Ты не можешь этого сделать? Кто же делает это в тебе и через тебя?»

Если мне кажется, что именно я как конкретный человек все и делаю, то я ничего, ничего, ничего не сумею. Но если Бог позволяет мне быть Его инструментом, то каждый день, каждое мгновение Бог может сотворить через меня чудо, потому что действует именно Он. Когда мне кажется, что все делаю я, я не могу поднять и семидесяти фунтов. Я молюсь Богу: «Твори через меня по Своей Воле. Я буду просто тренироваться. И тогда все будет зависеть от Тебя. Я отрекаюсь от результатов». Результаты могут прийти только в двух формах: успеха или неудачи. Если я с радостью смогу предложить Богу свой успех, что же мешает мне предложить и свою неудачу? Мне может достаться спелое манго или неспелое манго. Если сегодня Бог дает мне спелое манго, то я отдам его Ему. Если Он завтра даст мне неспелое манго, я также отдам его Ему. Если я отдаю Ему и то, и другое с равной радостью, то Бог будет доволен тем, что у меня есть, и тем, что я отдаю. Он может дать мне опыт неудачи или опыт успеха. Если я смогу с одинаковой радостью возложить их к Его Стопам, то не стану чувствовать себя несчастным. Я буду тогда счастливейшим человеком. Все, что бы Он мне ни дал, я тут же снова предложу Ему.

Г-жа Трипати: Как вы правы! Хочу поделиться с вами личным опытом. Когда мы десять лет спустя вернулись в Индию, я отправилась в Дели и попала в организацию, называемую ICCR. В то время она находилась в полном упадке. Там пустила корни коррупция. Профсоюзы были в полной боевой готовности и бастовали ежедневно. И меня назначили туда! Мне сказали: «Ты единственная, кто может все наладить». Я очень расстроилась. Я воскликнула: «Подумать только! Больше ничего для меня не придумали? Зачем мне все это нужно?»

Милостью Бога все, что мы планировали, получалось – все, каждая акция – с таким результатом, что я сама поражалась. Я не знала, как это происходило. Потом ко мне пришло осознание того, что это делал Некто другой. Я этого не делала. Это происходило через меня, но действовал Кто-то другой!


SCA 794. Эти комментарии были сделаны при обсуждении творчества Шри Чинмоя.

Когда мы видим и чувствуем, что работает Кто-то другой

Шри Чинмой: Когда мы видим и чувствуем, что работает Кто-то другой, нам совсем не нужно волноваться, потому что ответственность несем не мы. Если Кто-то совершает нечто во мне и через меня, то принятие успеха и неудачи зависит от Него.

Когда я работал в индийском консульстве, я и не мечтал о том, что напишу многие тысячи стихов и песен. В то время я написал стихи о Б.К. Неру, который был тогда послом Индии в Вашингтоне. Я думаю, он был племянником Джавахарлала Неру. На вечере по случаю его отъезда я зачитал эти стихи. Я также прочитал стихотворение о Б.Н. Чакраварти, посла Индии в ООН, уже на вечере по случаю его отъезда. Он был бенгальцем. И то же самое я сделал для Лакхана Меротры. Так что три своих стихотворения я читал на их прощальных вечерах, но я никогда не думал, что напишу тысячи стихов.

Однажды в индийское консульство пришли представители Общества Азии. Они хотели найти человека, который умеет исполнять бенгальские песни. Поскольку я такой человек, который за все берется, да не все ему удается, я согласился петь. Меня попросили спеть три песни. За каждую песню мне заплатили по десять долларов. Это было очень неплохо. Я просто рассказываю, как начиналась моя литературная и музыкальная карьера.

В другой раз генеральный консул С.К. Рой попросил меня прочитать в синагоге на Лонг-Айленде лекцию об индуизме. Организаторы хотели, чтобы встречу вел С.К. Рой. С.К. Рой спросил: «Кто читает лекцию?» Ему с радостью сказали, что лекцию будет читать Ананда Мохан. Когда С.К. Рой это услышал, он сказал: «Нет, я посылаю Гхоша». Я был младшим чиновником, а Ананда Мохан работал в отделе информации. Но поехать прочитать лекцию попросили меня. Так что лекцию прочитал я, и генеральный консул остался доволен.

Ананда Мохан был отличным лектором по индуизму и индийской культуре. Он написал биографию Индиры Ганди. Я им так восхищался. Он работал в отделе информации, а я был никем, абсолютно никем. К сожалению, он не пользовался благосклонностью С.К. Роя. И, хотя я был довольно молодым, С.К. Рой захотел, чтобы лекцию по индуизму прочитал я. Я никогда и не помышлял о том, чтобы читать лекцию по индуизму, но меня попросили, и она им понравилось. Мне дали сто десять долларов, так что я совершил прогресс.

Я ужасно боялся С.К. Роя. Однажды, когда я стоял возле лифта, дверь лифта открылась, и я, увидев там С.К. Роя, убежал. Он вышел из лифта с возгласом: «Гхош! Гхош! Я же не тигр! Я не змея! Ну, входи же!»

С.К. Рой был так добр ко мне. Однажды он меня спросил, знаю ли я Дилипа Кумара Роя, великого индийского певца, который был известен как «золотой голос». Может быть, вы слышали его имя. Он был самым любимым учеником Шри Ауробиндо и Матери. Когда мне было всего тринадцать- четырнадцать лет, я купался в сиянии сострадания и любви Дилипа Роя. Мы жили на одной улице, и как-то раз я дал ему свои двести стихотворений. Он внес в них правки и высоко их оценил. Я также написал кое-что о его отце, великом поэте и революционере, и он был полон нежности ко мне.

Когда С.К. Рой меня спросил, знаю ли я его, я сказал: «Дилипа Роя? Да». Затем я рассказал ему все о своем близком знакомстве. Я рассказал ему о том, что, приехав сюда, я написал письмо Дилипу Рою, который открыл свой ашрам. Я рассказал С.К. Рою все связанные с ним переживания моих юношеских лет. С.К. Рой был так рад, потому что они с Дилипом Роем были близкими друзьями.

Г-жа Трипати: Ваш брат все еще находится в ашраме?

Шри Чинмой: Один брат, Манту, все еще живет там. В честь дня его рождения я посвятил ему выступление по программе поднятия тяжестей.

Воодушевление – это исключительно важная вещь5

Я никогда не мечтал о сочинении тысяч песен. Теперь на моем счету – простите меня за мое хвастовство – 15000 песен на английском и бенгальском языках.

Я не только написал слова, но и положил их на музыку. В Индии я был певцом – хорошим ли, плохим ли, – но здесь людям нравится слушать, как я пою. Воодушевление – это исключительно важная вещь. Если нас поощрять, то мы продвигаемся вперед. Если мы не встречаем одобрения, то нам нужна железная сила воли, чтобы преодолеть барьер противодействия.

Билл Перл, пятикратный обладатель титулов «Мистер Вселенная» и «Самый гармонично сложенный человек ХХ столетия», изо всех сил вдохновлял меня в моих тренировках по поднятию тяжестей. Он давал мне вдохновение с того самого момента, когда я начал поднимать тяжести с веса в сорок фунтов. В этот раз на праздновании годовщины начала моих поднятий он был ведущим программы.

Меня поддерживали во всех сферах деятельности. Также в ашраме я стал писателем, но автор, во много раз превосходивший меня, захотел, чтобы переводил его я. Там столько людей обладали высшими учеными степенями, но ему не нравились их переводы. Он хотел, чтобы его переводчиком был я. Так что меня снова поддержали.

Меня везде вдохновляли, вдохновляли. Когда я здесь начал писать песни, они очень понравились людям, и это принесло мне вдохновение. Всем нам нужно вдохновение. С другой стороны, если мы слышим критику, нам нужна железная сила воли. Если мы хотим что-то совершить, надо идти вперед, несмотря ни на какое противодействие в пути.


SCA 797. Позже во время беседы Шри Чинмой высказался о значении воодушевления

Г-жа Трипати: Должна сказать, что ваши певцы пели такие прекрасные баджаны 2 октября, когда у памятника Ганди в Манхэттене отмечался день рождения Ганди!

Шри Чинмой: Пожалуйста, позвольте мне представить вам Ранджану. Ранджана – руководитель этой группы.

Ранджана: Благодарю вас за то, что вы нас пригласили.

Г-жа Трипати: Песни были прекрасными и были очень хорошо исполнены. Из-за них прекращал движение транспорт. Люди просто останавливались, выходили из своих машин и слушали.

Ранджана: Мы были так счастливы, что смогли выступить у памятника Ганди.

Г-жа Трипати: Я благодарю вас за то, что вы нашли время. Это было так чудесно.

Шри Чинмой: Было очень любезно с вашей стороны побыть с нами. Мы наслаждаемся вашим обществом и будем только укреплять и просветлять нашу дружбу. Мы так замечательно провели время! Я молю нашего Господа Возлюбленного Всевышнего о том, чтобы Он сделал вас избранным инструментом нашей любимой Матери Индии ради распространения ее света по всему миру из края в край. Да пребудет с вами благословение быть в высшей степени избранным инструментом в распространении извечного света Матери Индии! Вы посетили так много стран! Я абсолютно уверен, что вы предложили там внутренний свет, первозданную красоту и чистоту Матери Индии, и мне хотелось бы, чтобы вы продолжали.

Наша философия заключается в совершении прогресса, прогресса, прогресса и самопревосхождения. То, что вы сделали, – хорошо. Но Бог внутри нас хочет, чтобы мы становились лучше, все лучше и совершеннее, чтобы растили в себе божественные качества, чтобы служили Ему всем, чем только возможно. Вы сейчас несете высшее послание Матери Индии сюда, в Америку. Не только в Америку, на Восток, на Запад, на Север, на Юг – повсюду. Я молюсь Абсолютному Всевышнему о том, чтобы вы распространяли Его бесконечный Свет. Вот моя самая искренняя молитва, исходящая из сокровеннейших уголков моего сердца.

Г-жа Трипати: Большое спасибо. Это самое прекрасное благословение. Большое спасибо.

Часть III

SCA 799-817. Далее следуют отрывки из интервью с ежедневной газетой «Индиан экспресс», которое состоялось в Пондичерри, Индия, в июне 1999 года.

Журналист: Шри Чинмой, пожалуйста, расскажите о себе. Где вы родились?

Шри Чинмой: Я родился в Читтагонге в 1931 году. В возрасте двенадцати лет я приехал в Пондичерри и провел здесь, в ашраме Шри Ауробиндо, двадцать лет. Я посещал школу ашрама. В то время здесь не было выпускного класса. Я проучился несколько лет, но не закончил средней школы.

Журналист: Какое же предлагалось образование?

Шри Чинмой: Я должен честно сказать, что не завершил своего образования в ашраме. Но я многое изучил самостоятельно в главной библиотеке ашрама. Оставив школу, я выполнял в ашраме различную работу: вручную делал бумагу, работал в красильне и занимался другим надомным ремеслом. Я также работал электриком.

Журналист: Ваши родители были с вами?

Шри Чинмой: Нет, мои родители умерли в Читтагонге. Тогда я сюда и приехал. Здесь уже находились мои старшие братья и сестры, и я последовал за ними. Первым приехал сюда мой самый старший брат, затем другие мои братья и сестры. Я был самым младшим, так что я приехал сюда в 1944 году. В 1964 я уехал в Америку.

Журналист: Почему вы уехали из Пондичерри?

Шри Чинмой: В ашрам приехали два американца. Они увидели во мне что-то особенное и пригласили меня приехать в Америку. Последней работой, которую я выполнял в ашраме, была работа секретаря у Нолини Канты Гупты, главного секретаря ашрама Шри Ауробиндо. Он был известным писателем, которым восхищался Тагор. Он был главным секретарем Матери и Шри Ауробиндо. Я выполнял для него канцелярскую работу плюс делал переводы его работ с бенгальского на английский. Тагор сказал о нем: «Вклад Нолини Канты в бенгальскую литературу уникален».

Журналист: Какие у вас были планы перед отъездом в Америку? Что заставило вас принять их приглашение?

Шри Чинмой: Я получил послание изнутри. Я с самого детства молюсь и медитирую. Изнутри пришло послание, что я должен ехать служить Америке. На Западе есть много людей, которые ищут осуществления своего духовного предназначения. У меня была виза лишь на три месяца. Тогда я подал заявление о приеме на работу в индийское консульство в Нью-Йорке и получил там работу. Мне так повезло! У меня не было формального образования. У меня не было аттестата зрелости, потому что в ашраме их не давали. В Читтагонге я доучился до седьмого класса, а потом уехал в Пондичерри. Я был самоучкой. Когда я подал заявление о приеме на работу делопроизводителя, в это же время подали заявления трое выпускников университета, из которых двое имели степень магистра. Я был единственным, кто формально не имел никакого образования. Но консул отдела паспортов и виз дал эту работу мне, и я был спасен.

Через три месяца после приема на работу индийское консульство проводит аттестацию с целью выяснения, хороший вы работник или нет. Если вы работали недостаточно хорошо, вас увольняют. Но меня консул сделал постоянным работником всего через тринадцать дней работы. Сейчас он мой очень близкий друг. Его зовут Л.Л. Меротра. В индийском консульстве я проработал два года. В это время многие мои друзья оказали мне значительную помощь в организации встреч с ищущими, которые хотели познакомиться с духовностью, индийской философией и индийской религией. Мои коллеги и начальники в индийском консульстве тоже очень хотели не избавления от меня, а моего возвращения в родную стихию, духовность.

Потом я получил вид на жительство и смог остаться жить в Америке постоянно. Вот уже много лет люди из многих стран приезжают повидаться со мной.

Журналист: Но формально вы же не были связаны ни с какой организацией?

Шри Чинмой: Ко мне приходили, потому что слышали обо мне. В начале своего пребывания в Америке я читал очень много лекций в университетах.

Журналист: По индийской философии?

Шри Чинмой: По индийской философии и своей собственной философии.

Журналист: Когда вы основали эту миротворческую организацию?

Шри Чинмой: Наше движение мира серьезно развернулось около десяти лет тому назад.

Журналист: Что означает эта миссия мира? Каков ваш вклад в нее?

Шри Чинмой: После того как я прочел лекции в ряде мест, меня стали приглашать открывать центры, куда люди приходили бы молиться и медитировать и читать мои книги. Поскольку я также еще и музыкант, я дал множество концертов по всему миру. Вот уже двадцать девять лет я провожу медитации в ООН. Я езжу туда по вторникам и пятницам между часом и двумя, чтобы медитировать в безмолвии, и люди, которые интересуются духовной жизнью, приходят медитировать со мной. Я также прочитал в ООН много лекций. Они опубликованы в книге под названием «Гирлянда душ- наций». Мои лекции в разных других университетах тоже опубликованы в книгах, например, «Запредельное внутри», «Восточный свет для западного ума» и «Внутреннее обещание». Это некоторые из моих основных работ. Из этих книг люди узнали обо мне.

Наша миссия – как росток. Он все растет, растет и растет. Семя было посеяно, когда я приехал в Америку. Теперь ко мне приезжают ищущие со всего мира, и, если у меня появляется возможность, я отправляюсь в их страны.

Журналист: Как в этой вашей миссии помогает медитация?

Шри Чинмой: Как же мы обретем покой без молитвы и медитации? Другого пути нет. Политики говорят о мире – и тут же берут и начинают воевать. Так что мой путь ничего общего с политикой не имеет, хотя многие политики относятся ко мне по-доброму и с теплотой. Когда я встречаюсь с политиками высшего уровня, мы медитируем вместе и стараемся привнести внутренний покой.

Журналист: Так значит, вы позволяете проявиться их внутренним чувствам.

Шри Чинмой: Я вдохновляю их проявить собственную любовь к Богу. В этом заключается моя основная работа. Я их не учу – я их вдохновляю. Когда я даю концерт мира, со мной молятся и медитируют тысячи людей. Я около двух часов играю на разных музыкальных инструментах и пою. Миролюбивые люди, которые приходят послушать, вдохновляют меня, а я вдохновляю их. Все основано на вдохновении. Если мы испытываем вдохновение, мы становимся хорошими гражданами мира. Если вдохновения нет, то мы творим много небожественного.

Журналист: Касательно вашего движения за мир, какие страны стали нациями-соцветиями мира?

Шри Чинмой: До сего дня в нашу семью соцветий мира вступили двадцать восемь государств. Либо президент, либо премьер-министр или какие-то другие очень важные руководители правительственного уровня пишут мне, что они хотели бы присоединиться к этому движению за мир. Затем я еду в эти страны, чтобы провести церемонию торжественного их посвящения. Например, я был на Мальте, в Непале, Венгрии, Чешской Республике и Словакии.

Журналист: Вы часто ездите в эти страны?

Шри Чинмой: В последних трех-четырех нациях-соцветиях мира я еще не проводил церемонии посвящения. Планировалось, что я поеду. К несчастью, умерла моя старшая сестра, и мне пришлось изменить планы. Иначе я побывал бы в большинстве стран.

Журналист: Значит, в этих странах вашу миссию несут ваши ученики?

Шри Чинмой: У меня есть ученики во всем мире, в этих двадцати восьми странах и во многих других. В определенные дни мои ученики молятся и медитируют коллективно в своих центрах. Они также медитируют дома утром и вечером.

Журналист: Я хотел бы совсем вкратце познакомиться с вашей философией.

Шри Чинмой: Моя философия – это принятие жизни. Некоторые люди пренебрегают миром, они удаляются в пещеры в Гималаях. Я этого не хочу. Я хочу, чтобы люди медитировали и молились о том, чтобы мир стал лучше. Я хочу вдохновить людей стать добрыми гражданами мира. Для этого всем нам нужно молиться и медитировать и нужно предлагать добрую волю каждому без исключения человеку.

Журналист: Значит, вы считаете, что мир наступит, если каждому без исключения человеку предлагать добрую волю?

Шри Чинмой: Да, это единственный путь. Если я буду предлагать добрую волю вам, а вы будете предлагать добрую волю мне, мы не будем ссориться, не будем воевать. Из-за того, что мы не предлагаем друг другу доброй воли, этот мир полон конфликтов и непонимания. Если мы будем молиться и медитировать, мы сможем понять друг друга, потому что молитва очищает ум. Если внутри ума, внутри сердца у нас будет чистота, мы не будем ссориться, не будем воевать. Вот моя очень простая философия. Главное – в принятии жизни. Не удаляйтесь в пещеры в Гималаях. Не пренебрегайте своими обязанностями на земле. Свой долг нужно исполнять.

Я живу в Америке. Недавно умерла моя сестра, и я приехал сюда повидаться с братом. Я мог бы сказать: «Я молюсь, я медитирую. У меня тысячи учеников. Мне незачем ехать в Индию». Нет, мой долг в том, чтобы приехать и побыть с братом, поэтому я прервал свою деятельность. По плану мне нужно было поехать в Норвегию, Швецию, Ирландию и Польшу, но я сказал: «Нет. Сейчас мне дороже всего моя сестра. О прочем можно будет позаботиться несколько недель спустя». В моей жизни долг – исключительно важная вещь.

Моя философия заключается в принятии жизни. Нам следует принимать жизнь, а не убегать от нее и не удаляться в гималайские пещеры. Здесь, на земле, необходимо предлагать добрую волю, вдохновение и устремление. Мы должны любить человечество и служить ему. Только тогда этот наш мир сможет преобразиться. Есть очень много людей, которые во внешней жизни известны как политики, но внутренне они очень искренне любят истину и Бога. Вот почему они мои друзья. Мы плывем в одной лодке.

Журналист: Какую роль играет музыка во всем, что вы делаете?

Шри Чинмой: Музыка – это универсальный язык. Я не знаю тамильского языка, но, когда исполняют тамильскую музыку, я ее понимаю. Я не знаю немецкого языка, но, когда я слушаю музыку Бетховена, Моцарта и всех великих музыкантов-классиков, их музыка меня трогает. Многие- многие люди, не знающие бенгальского языка, наслаждаются песнями Тагора. Отчего песни Тагора передают по радио по всей Индии? Разве житель Гуджарата понимает по-бенгальски? Бенгальские песни Тагора оказывают людям значительную помощь. Внутри них есть покой, душевное равновесие и радость. Они нас вдохновляют.

Журналист: Вы имели в виду, что музыку можно понимать, не зная языка. Но как музыка помогает в вашей миссии мира – вот что я хотел бы понять.

Шри Чинмой: Когда люди счастливы, они не ссорятся. Покой и радость гармонично сочетаются друг с другом. Если я действительно счастлив, то я буду пребывать в покое. Я не буду с вами ссориться. Я ни с кем не буду драться. Святой полон покоя. Он ни с кем не бранится. Он только молится и медитирует. Когда певец очень одухотворенно, проникновенно поет, думаете, у него внутри гнездится злоба? Нет. Люди, которые очень одухотворенно и пленительно поют, вдохновляют нас.

Как я уже сказал, наша задача заключается в том, чтобы вдохновлять друг друга. Музыка, живопись и тому подобное вдохновляют людей. Когда мы приходим в сад, мы видим красоту цветов. Мы вдыхаем аромат. Тогда мы обретаем радость внутри. Когда у нас внутри живет радость, мы пребываем в покое. Если радости нет, мы чувствуем, что мир полон конфликтов и непонимания. Духовная музыка очень нам помогает, потому что в ней есть радость. Настоящая радость и покой неразделимы. Если вы обладаете покоем, вы счастливы, а если вы счастливы, вы спокойны.

Журналист: Я узнал, что вы чемпион по поднятию тяжестей.

Шри Чинмой: Я много этим занимаюсь. Около двух месяцев тому назад я поднял одновременно две гантели по 200 фунтов каждая, и почти семьдесят телестудий показали это в своих программах.

Журналист: Откуда же вы черпаете всю свою силу?

Шри Чинмой: Моя сила приходит целиком от Милости Бога и Сострадания Бога.

Журналист: Благодаря вашей медитации?

Шри Чинмой: Благодаря тому, что я молюсь и медитирую. Но, когда я молюсь и медитирую, я не прошу Бога даровать мне силу, чтобы поднимать тяжести.

Журналист: Вы полагаете, что это Дар Божий?

Шри Чинмой: Абсолютно так. Если бы это не было Даром Божьим, как бы я смог столько всего совершить?

Журналист: Вы тренируетесь в поднятии тяжестей?

Шри Чинмой: Тренируюсь. Я каждый день провожу трехчасовую тренировку. Один час я выполняю упражнения на растяжку. Затем два часа я поднимаю тяжести.

Как я сказал, моя философия – это принятие жизни в ее различных сферах. Иначе я не смог бы сделать так много дел. Я полностью завишу от Милости Бога. Благодаря Его Милости я смог написать столько песен и столько книг и посетить столько стран.

Журналист: Вы приписываете весь свой успех Богу?

Шри Чинмой: Я приписываю свой успех Богу на сто процентов. Я знаю, что я никто, но с Милостью Бога возможно все.

Переводы этой страницы: Czech
Эта серия книг может быть процитирована с помощью cite-key sca-23