Человеческое должно быть преобразовано в божественное22

Перед тем как предложить особый прасад — четыре фрукта — в честь Бхавани, Шри Чинмой разговаривал с ее мужем Кайвальей и их сыновьями Девашишу и Сахадевой.

Дайте мне увидеть глубину ваших улыбок! Если Учитель искренен и он говорит, что Бхавани — счастливейшая душа, то вы должны верить в искренность Учителя. Бхавани невероятно

счастлива. Если она невероятно счастлива, мы можем принять такой же подход. Мы всегда говорим, что Счастье Всевышнего — это наше счастье. Бхавани сейчас неразделимо отождествилась

с Счастьем Всевышнего. А раз так, мы должны принять позитивный подход.

Физически мы многого не видим. Разве я глазами вижу отсюда Рим? Нет. Но я же знаю, что Рим существует. Точно так же мы можем чувствовать духовным сердцем, мы можем видеть духовными

глазами. Мост между физическим и духовным — Учитель. Когда мы живем внутри сердца Учителя, мы мгновенно переходим на другую сторону моста. Тогда мы видим, как искренен и как прав

Учитель. Сейчас Бхавани в другой комнате. Только потому что мы не можем войти в другую комнату, мы не можем сказать, что той комнаты не существует. Если у нас есть вера в того, кто

нам говорит, что эта комната существует, то мы становимся счастливыми.

Все то, чего Бхавани ожидает от своего мужа и детей, должно быть сделано с бесконечно большей серьезностью и усердием. Ты, Кайвалья, должен доказать своей лучшей половине или

худшей половине, что ты действительно ее любил. А если вы, два парня, любили вашу маму, вы должны это доказать своими поступками. Она любила вас, вы любили ее. Так докажите теперь

своими действиями, что вы на самом деле ее любили. Она вас любила, она вас все еще любит. Своим примером вы тоже должны доказать, что вы ее любили, все еще любите и всегда будете

любить.

Да, человеческое в нас сокрушается, но человеческому в нас предназначено отречься перед божественным в нас. Если божественное в нас подчинится человеческому в нас, то мы останемся

в животном или даже в минеральном мире. Но именно потому что человеческому в нас придется сегодня, или завтра, или когда-то в перспективе отречься, в то время мы станем неразделимо

едиными с нашим Господом Абсолютным Возлюбленным Всевышним. Это очень мучительно, но эту боль надо преобразовать в счастье.

Когда я читал письмо Сахадевы о его маме, у меня лились слезы радости, любви и гордости. Слезы могут опустошать. Но, когда я читал письмо Сахадевы, я был так тронут, так невероятно

тронут. Это были слезы радости, слезы любви и слезы гордости. Страница за страницей звучала только песня его сердца. Иногда упорно повторяющаяся песня может быть такой щемящей, но

в боли есть столько сладостности.

Земная боль дана для трансформации. Боль, которую вы испытываете, опустошает. Но затем вы должны преобразовать ее в счастье в той же степени. Все, что болезненно, нужно

преобразовать в чистый восторг-нектар. Потом, преобразовав ее в восторг-нектар, мы по-настоящему станем единым целым с Волей Бога. Без этого жизнь вечно будет печальной неудачей.

Но мы не будем принимать жизнь как неудачу. Мы все — божественные солдаты. Мы самые горделивые солдаты нашего Господа Всевышнего, так что в нашей жизни не бывает неудач. Все должно

стать успехом, успехом и успехом. Этот успех в нашей жизни — Успех Всевышнего. Мы должны двигаться вперед.

Когда умер мой брат Читта, человеческое во мне было совершенно подавлено. Я с трудом ходил. А что делал он? Он лишь журил меня мантрой: «Иди вперед, иди вперед!» Я хотел пройти

милю, и он на каждом шагу выговаривал мне: «Иди вперед! Разве ты не видишь, как я счастлив?»

Таким был Читта с одной стороны. Потом, когда я двинулся вперед и отождествился с ним, он пал к моим стопам и распростерся, ведь он знает, кто я. Когда я проявляю свою человеческую

сторону, он меня ругает: «Двигайся вперед! Ты что, слепой? Ты глухой?» Я стоял на улице в Пондичерри, а он меня бранил. Потом, возвращаясь, я стал медитировать и увидел его душу

прямо у моих стоп — как она касается и целует пыль моих стоп. Он видел разницу между человеческим и божественным. Когда я был в физическом сознании, он так сильно меня ругал,

потому что не хотел, чтобы я переживал за него хотя бы секунду.

Когда группа, исполняющая баджаны под руководством Ранджаны, пела в Нью-Йорке песни о Читте, где я его увидел? Его изображение висело надо мной, но в то время его голова лежала

прямо у моих стоп. Он видел мою божественность. С другой стороны, когда он увидел, что я веду себя как обыкновенный человек и плачу о нем, он меня пожурил: «Иди вперед, иди вперед!»

На днях, когда я медитировал на тебя, Кайвалья, сколько раз Бхавани сказала тебе: «Глупый ты, глупый!» Это ее точные слова. Тебе, может быть, покажется сложным поверить, но тебе

придется поверить! В самом конце нашей медитации она велела тебе воспользоваться силой сердца. У тебя очень хорошее сердце. Я вошел в твое сердце и влил в него столько

интенсивности и силы! Сколько интенсивности душа Бхавани давала мне, чтобы я передал тебе! Ее душа говорила мне вложить интенсивность в твое сердце. Сколько раз она мне это

сказала! Но, увы, твои уши были запечатаны. Она говорила: «Глупый, отождествись с моим счастьем».

Я рассказываю это вам с божественной точки зрения, чисто с духовной точки зрения. С человеческой точки зрения вы видите у меня в глазах слезы, когда я с вами разговариваю. Когда я

отождествляюсь с вами, у меня тут же появляются слезы в глазах. Однако есть и другое место, куда я могу отправиться, — наверх, и я просто туда убегаю. Я поднимаюсь вверх, чтобы

спастись! Если этого не делать, то на человеческом уровне Бог одарил меня способностью страдать гораздо щедрее, чем любого другого человека на земле. Это абсолютно верно. Когда

ваши сыновья медитировали со мной две недели тому назад и я принес им новость об уходе их матери, они видели, что я просто плаваю в море слез. Но я их и утешал! Я читал им лекцию!

Божественное во мне передавало им божественную истину, но они видели, как страдает во мне человеческое. Но человеческому во мне всегда приходится отрекаться перед божественным.

Когда я принимаю человеческую сторону, я абсолютно искренен. Когда я принимаю божественную сторону, я абсолютно искренен. Но я знаю, что человеческое должно быть преобразовано в

божественное. Иначе наша жизнь вечно будет неудачей. Тогда не будет связи. Тут жизнь, там смерть. Сосуд-жизнь разбивается вдребезги. Но мы можем сказать с божественной точки

зрения, что Бог использовал сосуд, чтобы какое-то время готовить здесь. Теперь Он забрал его в другую комнату, чтобы готовить там. Это тот же самый сосуд. Когда у нас есть

свободный доступ, мы говорим: «Бог сейчас готовит в другой комнате».

Некоторые духовные Учителя не показывают или не могут показать свою человеческую сторону. Но я чувствую, что человеческую сторону нужно показывать. Вы плаваете в море слез. Вы

потеряли близкого человека. Вы видите, что я прыгаю в это море слез, но что в это время я вам говорю, что у меня есть способность доставить вас на берег. Именно это я и делаю.

Человеческое во мне невыносимо страдает, когда кто-то умирает. Я знаю, какую утрату вы понесли. Я проходил все это. Ваш отец отправился в аптеку, а ко времени его возвращения мама

уже умерла. А у меня брат Читта вошел в наш дом вместе с женой моего дорогого друга. Жена друга пришла узнать у него новости. Читта положил пакет с фруктами, а потом упал и умер.

Брат Манту был от него всего в тридцати метрах. Что можно было сделать? Точно так же мой старший брат так долго говорил, говорил с нашей семьей, а потом пошел медитировать. Он сел

у алтаря и тут умер.

Вы супер-супер-чемпионы по актерскому мастерству. Я бы хотел, чтобы вы, включая отца, приняли участие в пьесах здесь, в Рождественском путешествии. Жизнь — это игра. В игре может

стать очень больно, когда кто-то умирает. В это время другие отождествляются с вами, когда вы играете своих любимых. Они чувствуют радость оттого, что вы так хорошо сыграли свою

роль. Мы всегда должны относиться к жизни именно так.

Вы стали духовными. Когда мы становимся духовными, человеческое в нас в конечном счете — сегодня или завтра — совершит отречение. Я снова хочу сказать, что если божественное в нас

отречется перед человеческим в нас, то Бог станет вечным неудачником. Но Бог дает нам возможность готовить человеческое в себе сорок, пятьдесят-шестьдесят или даже сто лет. За это

время нам нужно так заботливо снова, снова и снова, каждый миг, вести человеческое к божественному. Только тогда жизнь обретет какой-то смысл. Иначе мы только и будем что

переживать утраты.

Нам надо чувствовать, что Всевышний любит наших близких бесконечно больше, чем мы. Расскажу вам историю. Много лет тому назад я отправился к зубному врачу. Этот врач оказался

невыносимым, но он рассказал мне очень важную историю. Жили-были два брата, которые не принимали духовную жизнь. Они любили друг друга больше всего на свете и проводили вместе

круглые сутки. Когда умер один брат, зубной врач спросил другого: «Разве тебе не грустно? Ты выглядишь таким счастливым! Это значит, ты был неискренним по отношению к твоему брату».

Оставшийся в живых брат сказал: «Нет, я очень искренен. Хотя меня не интересует Бог или духовная жизнь, я знаю, что есть Тот, кто любит моего брата бесконечно больше, чем любил его

я. Я любил его, а он любил меня. Но есть Тот, кто любит его бесконечно больше, чем любил я. Он ушел к этому Существу. Можно сказать, что это Бог или кто-то другой. Всегда будет

Тот, кто любит моего брата бесконечно больше, чем я, и он ушел к этому Существу». Вот вы тоже можете постараться сказать: «Есть Тот, кто любит мою маму бесконечно больше, чем я

смог бы когда-то любить. Моя способность — скорее неспособность. Как сильно я могу кого-то любить? Но есть Тот, кто гораздо лучше меня одаривает любовью. Даже в человеческой жизни

есть люди, которые превосходят меня в любом деле. Разве в божественном мире не найдется Того, кто справляется лучше меня? Да, я люблю мою маму. Но есть Тот, кто любит ее бесконечно

больше. И кто это? Это наш Отец».

Когда дочь находится с Всевышним Отцом, разве любовь Отца не окажется бесконечно божественнее нашей человеческой любви? Вы только подумайте о своей человеческой способности и своей

божественной способности — любви, преданности и отречении. Когда вы предлагаете свою божественную любовь, когда предлагаете преданность и свое отречение, вы не думаете, что в это

время вы бесконечно, бесконечно сильнее себя на человеческом уровне? Когда мы предлагаем любовь, преданность и отречение Всевышнему, в это время наша сила неизмерима. Однако, когда

мы не предлагаем божественной любви, преданности и отречения, мы бесполезны. Любой может нас победить в любом деле.

Пожалуйста, старайтесь чувствовать, что есть Тот, способности которого намного превосходят наши. Мы духовные люди. Мы приняли духовную жизнь. Для нас есть Бог, есть Всевышний. Мы

должны сказать себе: «Разве Тот, кто любит мою маму, мою жену бесконечно сильнее меня, не заслужил того, чтобы она была с Ним? Разве мы заслуживаем ее в той же степени, как Он?» К

тому же, Всевышний же не говорит: «Я заберу только ее, а вас не возьму никогда». Нет, завтра настанет время, и Он заберет вас. Он сказал, что теперь настало время для вашей мамы,

вашей жены, поэтому Он сейчас ее и забрал. Завтра, когда придет наше время, Он заберет и нас.

Когда мы переживаем утрату близкого человека, поначалу человеческое в нас убивает нас. Мы перебираем миллионы воспоминаний: «Боже мой, какой нежной, какой доброй и сострадательной

она была!» С другой стороны, мы упрекаем себя: «Ох, сколько раз я ее не слушал. Мне ни разу не удалось ее порадовать». Но когда мы принимаем духовную жизнь, о подобных вещах нужно

забыть. Наш близкий человек не имеет ничего против нас. Когда она становится душой, она забывает, сколько раз дети ее не слушались. Она думает только об одном: «Очень надеюсь,

теперь мои дети меня послушаются, потому что я влила в них свет».

Опять же, всегда чувствуйте, что есть Всевышний Отец, который любит вашу жену, вашу маму бесконечно, бесконечно больше, чем когда-либо сможем любить мы. Мы не дурачим себя,

принимая такой подход, мы лишь выводим вперед мудрость.

Сегодня я хочу дать каждому прасад из четырех наименований в честь Бхавани с бесконечной любовью моего сердца и бесконечной благодарностью ей. Я знаю, как дорога она для нас была и

вечно будет. Мы не будем говорить о ней в прошедшем времени; это будет вечное время — прошлое, настоящее и будущее. Я все-таки индиец, а традиционный индийский способ действовать

после ухода близкого человека — раздавать фрукты. Я хочу дать вам всем четыре разных фрукта в честь нашей дорогой Бхавани.


FSC 22-ru. 9 января 2001 года. Отель Путри Бали, Бали, Индонезия

From:Шри Чинмой,Стопы Сострадания Всевышнего, Progress-Press, Москва, 2021
Источник: https://ru.srichinmoylibrary.com/fsc