Вивиан Фреднер: Когда ты поднимаешь очень тяжелую штангу, ты чувствуешь, что становишься единым с ней, или это как противник, которому ты бросаешь вызов?

Шри Чинмой: Штанга — это не противник, но я чувствую, что бессознательное бросило вызов моему устремлению и моей реализации; оно бросило вызов Вездесущности Бога. В этом металле нет устремления, почти нет света. Поэтому я хочу войти туда со своей любовью. Не с физической силой, а с силой любви, то есть силой единства, я вхожу в этот металл. Но надо знать, что сила моего единства воплощает колоссальную волю. Это не как Битва при Курукшетре, в которой сражаются две силы. Нет! Просто одна сила бросила вызов Свету Бога своим невежеством и бессознательностью, а другая сила пытается победить ее — не силой агрессии, а любовью. Бессознательность штанги бросила мне вызов, и поэтому я стараюсь стать единым с штангой с помощью своей внутренней любви.